Вы здесь

Девочка, которая будет жить вечно

Брайан Мерчант

19 апреля 2014 года Мазерин Нэоваратпонг с утра не проснулась. Ей было 2 года и 2 месяца. Мазерин доставили в больницу Бангкока, где врачи обнаружили 11-ти сантиметровую опухоль в левом полушарии мозга. Семья Мазерин для краткости зовет ее Эйнз.  У нее эпендимобластома – редкая форма рака мозга, поражающая детей до 5 лет. Прогноз при таком заболевании чрезвычайно мрачен: у всех больных в короткие сроки развиваются послеоперационный рецидив и имплантационные метастазы. Продолжительность жизни пациентов обычно не превышает одного года. Выживаемость в течение 5 лет достигает в лучшем случае 30%.

Эйнз впала в кому. Во время первой операции врачи просверлили череп и удалили половину опухоли, чтобы уменьшить давление на мозг. После операции они сообщили родителям, которые сами являются врачами, что Мазерин, возможно, не очнется никогда.

— Даже если это произойдет, — сказали они, рак неизлечим. Больница советовала отключить девочку от системы жизнеобеспечения.

— Но за неделю, — сообщил Сэхэторн Нэоваратпонг, отец Эйнз, — она очнулась и пришла в сознание, в свое  двухлетнее сознание. Мазерин ответила на стимуляцию, чем всех удивила. Пришло осознание, что ее жизнь представляет ценность. (Сэхэторн говорил со мной по электронной почте через его сестру Дарарэт, которая переводила). Это событие вдохновило семью на то, чтобы активизировать  лечение.

— Мы решили бороться против рака, — сказал мне Сэхэторн, — Мы не можем победить его, но ее жизнь мы можем продлить до того момента в будущем, когда человечество сделает следующий шаг в борьбе с этой болезнью.

В течение следующего года двухлетней Эйнз сделали 12 операций на головном мозге, провели 20 сеансов лучевой терапии и 20 — химиотерапии. Эйнз потеряла 80% левого полушария мозга, и это парализовало правую часть ее тела. Периоды надежд сменялись разочарованиями. Сэхэторн описал это время как эмоциональные "американские горки".

— Мы увидели энергию и силу, борющуюся за ее жизнь, — сказал он. — Наконец, Эйнз смогла встать на ноги, снова видеть обоими глазами, как будто вылечилась. Я не мог сдержать желания и надежды, чтобы она вернулась к нормальному детству, пусть хоть и только с одним полушарием мозга.

Мазерин вновь обрела зрение, способность стоять, а в результате терапии начали обретать подвижность некоторые части тела. Она пережила многих пациентов палаты, которые тоже лечились от эпендимобластомы, но уже умерли. Ведь, как правило, большинство не  доживает до двух лет. Семья Нэоваратпонг начала активную социальную работу со СМИ для повышения осведомленности о детском раке и основала фонд генетических исследований рака.

— «Пусть Эйнз будет первой, чтобы вести нас всех за собой», – был наш девиз, — сказал  Сэхэторн.

Но в ноябре 2014 года рак распространился на мозг Мазерин и окончательно парализовал ее лицо и мышцы.

— Мы поняли, что это конец, — сказал Сэхэторн, — мы должны были приготовиться к прощанию.

8 января 2015 года она была выписана из больницы. Она была в полном сознании.

— Она была в семье среди родственников. Мы держали Эйнз на руках и играли с ней, и в 18:18 с облегчением отключили от системы жизнеобеспечения, сняв непосильную ношу с ее плеч, — сказал мне Сэхэторн. Раковые клетки и другие клетки ее тела были сохранены для дальнейших исследований. Тело Мазерин было крионировано в Аризоне, чтобы дождаться в ближайшее время появления новых технологий, — сказал он.

В этом году Мазерин Нэоваратпонг стала самым молодым человеком, криогенно замороженным и сохраненным для будущего возрождения.

*****

 — До нее самой молодой пациенткой, которую мы крионировали, была 21-летняя женщина, — сказал Аарон Дрейк, директор по медицинскому обеспечению Фонда Продления Жизни "Алькор". — Интервал возрастов простирается до 102 лет - это самый старый человек, которого мы сохранили. "Алькор" – крупнейшая организация, осуществляющая сохранение людей и млекопитающих методом криозаморозки в жидком азоте для последующей реанимации. Главная миссия компании – сохранение пациентов в состоянии биостаза; размещение нынешних и будущих членов (при необходимости) в специальных емкостях (дьюарах), и, в конечном итоге, - восстановление  здоровья всех пациентов, находящихся под опекой "Алькора" для реинтеграции их в общество. За плату "Алькор" обязуется сохранить поврежденные тела до того времени, пока достижения медицины и биотехнологий не смогут помочь им. За эти годы врачи и технический персонал "Алькора" выполнили более 130-ти  криоконсерваций. Мазерин – их последняя пациентка.

В целом крионика сейчас переживает нечто вроде Ренессанса. Открытое письмо ученых в защиту крионики, провозгласившее ее легитимным методом сохранения людей, базирующемся на научных исследованиях, за последние 10 лет набрало 63 подписи врачей и исследователей. Практически крионика стала центральным звеном трангуманистического движения, и его ключевые фигуры постепенно стали втягиваться в эту область, пользующуюся повышенным вниманием. Она приобрела популярных сторонников, например Тед Уильямс – легенда бейсбола, был успешно заморожен в "Алькоре".

В своей деятельности компания вынуждена противостоять обвинениям в нечистоплотности. Так бывший работник "Алькора" в своей книге и интервью Эй-би-си утверждает, что «компания использовала долото и молоток, чтобы отделить голову пациента и вводила смертельную дозу еще живому человеку». "Алькор" отрицает подобные обвинения и подал иск против этого сотрудника.

Крупнейшие крионические организации базируются все еще исключительно в США. Например Институт ​Крионики, вероятно являющийся крупнейшим конкурентом "Алькора". Помимо британского отделения "Алькора", единственная серьезная иностранная организация – развивающаяся российская фирма "КриоРус". А из-за возобновившегося интереса к крионике и охвата широкой аудитории социальными медиа, слово распространилось далеко за рубежом.

— Семья Нэоваратпонг  узнала об Алькор из интернета, — сказала мне Маржи Клима, пресс-секретарь "Алькор" — Они оба – врачи. После 11 операций стало понятно, что Кэтрин не сможет выжить и они связались с нами. Коллектив "Алькора" согласился принять Мазерин в качестве пациента и ее записали в свое членство.

Первоначальный план предполагал, что Эйнз полетит в Соединенные Штаты будучи еще живой, чтобы команда "Алькора" могла выполнить процедуру у себя в стране. Эта операция является сложной и высоко инвазивной, на Би-би-си это называют «интенсивной» процедурой. 

Она включает: помещение пациента на ледяную кровать и покрытие его охлаждающими материалами; искусственную остановку сердца и его перезапуск с помощью реаниматологического комплекса «сердце-легкие»; введение более десятка препаратов для замены крови криопротекторами; вскрытие грудной клетки для подключения к наиболее крупным кровеносным сосудам аппарата, вымывающего оставшуюся кровь; а затем медленное охлаждение температуры тела со скоростью 1 градус в течение часа. После двух недель тело достигает глубокой заморозки при температуре минус 196˚C. Для крионирования Алькор выбрали хорошо оснащенную педиатрическую больницу в Калифорнии.

— Я Надеялся, что эта маленькая 2-х летняя девочка  прибудет именно в эту больницу, чтобы при ее ухудшающемся здоровье расстояние было бы минимальным, — сказал мне Дрейк по электронной почте, — к сожалению, ее дыхание ослаблялось быстрее, чем ожидали врачи и за два дня до того, как она должна была лететь в США, ее подключили к аппарату искусственной  вентиляции легких, по существу исключив возможность полета.

"Алькор" должен был придти к ней сам.

— Мы решили, что врач сам должен прибыть к ней, — сказала Клима. Из-за ее возраста и размера мы хотели, чтобы это был высококвалифицированный специалист. Когда вы смотрите на сосудистую систему маленького ребенка, да еще со множеством опухолей головного мозга, видно, насколько она отличается от сосудов обычного человека.

И вот от Алькора в Таиланд вылетели два человека: Дрейк и доктор Хосе Каншепольский, бывший нейрохирург. Они провели два дня в «режиме ожидания» – термин "Алькора" для той фазы процесса, когда врачи находятся рядом с пациентом, готовятся к процедуре крионирования и ожидают ее. Каншепольский осмотрел девочку в больнице, прежде чем она была доставлена домой, и обнаружил тревожное осложнение: так как большая часть мозга была удалена, ее череп был заполнен спинномозговой жидкостью, которая сильно осложняла процедуру.

— Мы обычно сверлим два отверстия в черепе, чтобы визуально видеть мозг. Если мозг начинает сжиматься, это показывает, что все идет нормально, — сказал Дрейк.

Это происходит потому, что криопротектор, который использует Алькор, сушит мозг и сжимает его. А техники "Алькора" через перфорацию вставляют необходимые инструменты.

— В эти отверстия мы вставим термо-муфты с зондами, в основном для контроля температуры мозга.

Из-за того, что было так много жидкости, доктор Каншепольский решил отложить  извлечение мозга, а вместо этого начать процедуру сохранения всего тела. 

Процедура Мазерин была тем, что по терминологии "Алькора" в отчетах, называется «нейро», когда в конечном итоге извлекается и сохраняется только мозг, а не все тело.

По словам Дрейка, они решили провести перфузию мозга Мазерин в Таиланде и сделать это без отделения головы от тела.

— Это сработало и явилось эффективным способом решить проблему репатриации и перевозки в США, — написал Дрейк в соавторстве с Максом Мором, Генеральным директором "Алькора" в отчете. — На второй день врачи, дежурившие у постели Кэтрин объявили о наступлении клинической смерти, — написали они.

Алькоровская система крионирования на выезде, ранее прошедшая проверку в отдаленных местах, и сейчас доказала свою эффективность. Хирургическая процедура прошла без инцидентов.

— Все прошло очень гладко, — сказала Клима, — Все прошло лучше, чем некоторые операции, которые проходят у нас «на заднем дворе». Но так как фактически это было очень далеко от "заднего двора" "Алькора", нужно было подготовиться для транспортировки тела Мазерин в Аризону.

— Мы должны соблюдать правила похоронной индустрии, — сказал Дрейк. — Существуют правила авиакомпаний, которые имеют дело конкретно с доставкой человеческих останков. В этот раз мы связались с похоронной компанией из Англии, той же самой компанией, которая осуществляла международную перевозку Дэвида Каррэдайна, помните, как он умер в Бангкоке? Они предоставили нам полный комплект документов для заполнения: свидетельство о смерти на тайском и на английском и множество других вещей. Обычно мы отделяем голову от тела, — сказал Дрейк, — но мы не знали, как это воспримет семья, работники морга, таможенники. Груз должен пройти через ряд пунктов доставки, TSA (Управление транспортной безопасности) и так далее. Вид замороженной головы в коробке мог вызвать эффект красной тряпки. В США в этом бы не нашли ничего не обычного, но там они могли быть к такому не готовы.

Вместо этого они сохранили тело целиком в замороженном состоянии.

— Весь пациент был помещен в специально подготовленный судоходный контейнер с сухим льдом, при температуре – 79˚C (– 109˚F), — написали Дрейк и Мор на сайте.

Это оказалось верным решением:  контейнер прошел осмотр.

Согласно официального сообщения,  после того, как американское посольство в Таиланде одобрило отгрузку, контейнер был загружен сухим льдом и отправлен авиакомпанией в аэропорт Лос-Анджелеса для таможенного осмотра. Туда "Алькор" срочно вызвал похоронного агента из морга в Буэна-Парк, входящего в список лиц, с которыми  сотрудничает "Алькор", чтобы тот принял контейнер. Дрейк и еще один сотрудник "Алькора" оперативно выехали на специализированном автомобиле чтобы забрать его. Клима называет такой автомобиль – «мобильная помощь "Алькора"». Они заполнили контейнер сухим льдом, загрузили его в автомобиль, получили необходимые разрешения на транзит и отвезли в Аризону, в Скоттсдейл.

«Нейро»–разделение было произведено в "Алькоре", и Мазерин стала 134-м его пациентом.

Процедура Эйнз была тем, что в отчетах "Алькора" называется «Нейро», при которой, в конечном итоге, извлекается и сохраняется только мозг, а не все тело.

Теперь ее мозг хранится совместно с десятками других таких же субстанций серого вещества в дьюаре «Снежный человек». Это сосуд из нержавеющей стали с вакуумной изоляцией, заполненном жидким азотом при постоянно поддерживаемой температуре –196˚C.

Сердцевина жизненной сущности двухлетнего существования Эйнз сейчас покоится в ледяном сне в Аризоне и ожидает появления средств исцеления от ее болезни и технологий, способных вырастить ей тело.

— Потребовались огромные затраты на материально-техническое планирование, но мы очень довольны результатами», — сказал мне Дрейк.

Стремление к вечной жизни столь универсально, (пусть даже это один холостой выстрел и не известно, что из этого выйдет), что не удивительно как крионика начала пересекать международные границы.

— У нас появилось много запросов из других стран, — сказала мне Клима, — но у "Алькора" еще нет ни ресурсов, ни инфраструктуры, чтобы представить эту возможность всем желающим.

Счет на оплату очень высокий, но не астрономический. Членство, которое гарантирует право постановки  в «резерв» (с учетом идентификационного жетона Алькоровской программы экстренного реагирования), стоит $770 в год, помимо доказательства того, что все финансовые затраты на окончательную процедуру сделаны. Крионирование стоит от $80 000 (для «нейро») до $200 000  (для всего тела), в зависимости от того, какую часть своего умирающего тела клиент желает сохранить. Потенциальным членам "Алькор" предлагает приобрести полис страхования жизни для покрытия расходов.

— Наш рынок растет, — сказал Дрейк. Он связывает этот рост с повышенным вниманием со стороны СМИ, социальных медиа и молодежи, свободной от предубеждений. — Молодое поколение более привычно к технологическим новшествам. Любая вещь, которую вы можете придумать, через шесть месяцев получает приложения. Молодежь видит это и думает: «Почему нет?». Они могут понять все остальное, так почему не это? Они воспринимают это как своего рода неизбежность.

— "Алькор" была всегда колеблющейся организацией в вопросе, стоит ли продвигать свои услуги на рекламном рынке, — говорит Дрейк, — я думаю, руководство боится, что это будет попытка "продать бессмертие".  Но социальные медиа хочешь- не хочешь, будут развиваться, либо с нами, либо без нас. И  от этого зависит, из каких отдаленных мест будут клиенты, и к кому они пойдут. 

Как реанимировать умершее человеческое тело? Даже Генеральный директор "Алькора" не может утверждать, что знает, как это сделать.

Те, кто услышал об "Алькоре" из репортажей, начали искать услугу вечного продления жизни и в Европе. Или в других местах организовывать клубы, общества и кружки, обращаться к интернет-форумам. Одна группа защитников крионики была настолько преисполнена желанием найти европейскую крионическую организацию, что попалась на рекламный трюк группы «Сибирский мамонт», обещавшей сохранить британских рэперов в вечной мерзлоте.

— Родители приводят в организацию детей, даже если они не больны, — говорит Клима, — самому младшему нашему члену 3 месяца. — Родители могут выбирать за ребенка, пока он несовершеннолетний, но ребенок может отказаться при их положительном выборе.

Мазерин – маленький участник "Алькора", тем временем стала первым пациентом из Азии. Оптимизм семьи вывел ее на лидирующие позиции, и в дальнейшем, следуя ее примеру, таких пациентов станет больше.

— "Алькор" предоставляет Эйнз возможность опять дышать, когда развитие технологий позволит справится с ее болезнью — сказал отец Кэтрин.

— Ее семья благодарна "Алькор", но они не наивные идеалисты, — продолжает Клима. — Это семья врачей и урок, который они взяли у своей дочери в борьбе с раком, заключается в том, что по-прежнему существуют огромные рубежи для исследований когда дело доходит до медицины и физиологии человека.

— Жизнь Мазерин стала возможной благодаря, в первую очередь современной науке, — сказал Сэхэторн, — ее выносила суррогатная мать, потому, что ее родная мама во время предыдущих родов сына лишилась матки. — Лечение рака нуждается в переменах, — говорит он, — обычные методы не могут лечить эпендимобластому и многие другие виды рака. Нам нужно больше исследований о генетике раков. Без них не будет никаких изменений.

С этой целью родители Кэтрин решили продолжать пропагандировать научную инициативу исследований детской онкологии, которые они и начали, и  которые будут управляться фондом Rama Foundation. Одной из причин того, что они обратились в Алькор, было желание продолжить продвижение таких исследований.

— Они не хотят, чтобы жизнь их дочери окончилась безрезультатно, — сказал Дрейк, — они надеются, что при сохранении тканевых клеток данного конкретного вида рака можно будет найти лучший план лечения, и, возможно даже, в конечном счете победить его. Если вы посмотрите в целом на картину того, что они пытаются сделать, это очень альтруистично. Семья  Нэоваратпонг не собирается прекращать борьбу с болезнью никогда.

— Мы использовали все традиционные в течение последних 50-ти лет методы, — сказал Сэхэторн, — казалось, все безнадежно до сегодняшнего дня.

Конечно, "Алькор" – область надежд. Крайне неопределенным является вопрос, сможет ли когда-либо наука раскрыть способ основательного ремонта поврежденных в прошлом органов. Джеймс Лавлок, британский биофизик и исследователь, имеет в активе реанимированных после заморозки крыс, но это далеко от оживления целых людей, которые были заперты на протяжении десятилетий в ледяном плену. Это надежда, для исполнения которой в будущем должны выстроиться в одну цепочку большое количество очень важных факторов.

— Очевидно, мы должны были бы придумать лекарство от рака, — сказал Дрейк, — тогда мы действительно думали, что все будут нуждаться в способности регенерировать новое тело.

Клонирование – устаревший термин, но Алькор делают нечто большее. Дрейк указывает на прогресс в развитии 3D-печати органов и тканей, в тоже время признавая, что фактически его компания никогда не была производящим предприятием, а по своей сути является постоянно развивающимся научным экспериментом, тем не менее юридически законным, и Мазарин – его самая молодая тема.

—А как  реанимировать умершее человеческое тело? — говорит Дрейк, — даже Генеральный директор  "Алькора" не утверждает, что знает как это сделать. Мы знаем, что способны регенерировать небольшой орган и вырастить новое сердце, — сказал он, — мы знаем, что можем с помощью 3D-принтеров напечатать и клетки, и сердце. Так что в какой-то момент мы сможем регенерировать тело Мазарин, или, по крайней мере, ее органы и собрать все это вместе. Тогда мы сможем  и осуществить пересадку мозга в новое тело.

Он, вместе с тысячами людей, живущих с надеждой, и сотнями замороженных умерших, твердо верит, что наука найдет способ разморозить и оживить мозг двухлетней девочки.

— По крайней мере мы посвятили ее жизнь и ее тело для прогресса и развития науки, — сказала мне Нарират, мать Кэтрин во время нашей беседы один на один, — это еще одна радость для нашей семьи, знать, что она жива, хотя мы и разделены.

Если когда-нибудь наступит день, когда люди смогут воскресить своих мертвых, то, по крайней мере, Мазарин не будет одинока. Ее родители решили тоже стать членами "Алькора", чтобы когда-нибудь, в лучшем будущем, они могли бы быть возвращены к жизни все вместе.

16.04.2015      перевод: Александр Лисовский         источник: сайт motherboard.vice   http://motherboard.vice.com/read/the-girl-who-would-live-forever?utm_con...

Поделиться